– А, Жанна… Заходи, – подняла голову женщина, – Подружек привела?

– Это и есть ведьма? – Я недоверчиво покосилась на Ханову.

– Тс-с-с… Ее зовут Лариса Викторовна, для хороших друзей – просто тетя Лара.

Немного оробев, мы замешкались на пороге, а потом гурьбой проследовали внутрь. Обстановка разочаровывала: ни черной кошки на печи, ни сухих трав под потолком, ни котла с колдовским зельем – обычный, неприхотливо обставленный деревенский дом. В углу просторной комнаты стоял телевизор, возвышалась покрытая шелковым покрывалом кровать, стену закрывал слегка побитый молью ковер.

Тетя Лара пригласила нас к столу. На чистой скатерти выстроились блюдечки с вареньем, в воздухе запахло домашней выпечкой и ароматным чаем. Перехватив растерянный взгляд Тани Панкратовой, женщина улыбнулась:

– Хотя на моем частоколе не белеют черепа, а на плите не варятся жабы и ящерицы, я настоящая ведьма. Кстати, горжусь этим и не скрываю от окружающих. Наконец-то пришли времена, когда люди стали терпимей и не преследуют тех, кто мыслит и живет иначе, чем они.

– Жанна сказала, будто вы можете сварить приворотное зелье, – выпалила вдруг Панкратова.

– И его в том числе, – улыбнулась женщина. – Скажи, Татьяна, ты сильно испугалась, когда узнала, что тебя зовет в гости ведьма?

– Нет… Может быть, чуть-чуть, но я не верю в предрассудки.

– Знаете, почему люди боятся ведьм и говорят о них только дурное? – спросила женщина и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Дурная молва пришла из мрачного Средневековья. Из тех страшных времен, когда по всей Европе полыхали костры инквизиции, унося жизни женщин, чья вина была только в том, что они умели врачевать и помогали людям в трудную минуту. Десятки тысяч казненных… Представьте, сколько боли, страданий испытала каждая жертва, прежде чем принять мученическую смерть! За что? Нас обвиняли в связи с дьяволом. Мрачный след этой клеветы тянется и по сей день. Но дьявол искушает только иудеев и христиан, ибо он падший ангел, взбунтовавшийся против их бога!